tatiana_gubina: (Default)

       - Змея кусается, а картинка не кусается, - сказала она.

       - Уффф…. Не кусается картинка-то! Вон, подбери давай книжку-то – если хоть одна картинка тебя укусит, я тебе куплю два килограмма конфет.

Она схватила книжку, приговаривая – «ну давай, картиночка, кусайся, я хочу конфет»…

Завершение части 20

Со страхами, настоящими и «выученными», мы потихоньку разбирались. У моей детки было много всего «намешано». Были у нее страхи реальные, например, она на самом деле боялась пожаров, этот страх шел из прошлого и был понятен. Или, например, если она слышала резкий звук, то вздрагивала и явно пугалась – пригибала голову, тревожно оглядывалась. Отчего происходил этот испуг, я не знала. Точно так же я не знала, почему, если я внезапно протягивала руку к ее голове – например, чтобы поправить волосы, - она резко отшатывалась и чуть ли не ощетинивалась…

Но было в ее поведении и много демонстративного, показного. Та же «боязнь комаров и змей», явно «выученная». За время нашей совместной жизни она «пыталась бояться» разных вещей – грома, проезжающих машин, падающих шишек… То, что страх не настоящий, было видно сразу. Когда она действительно чего-то боялась, то скорее «сворачивалась», съеживалась, как будто стараясь спрятаться. А вот  когда она начинала громко оповещать окружающих, что «очень боится», привлекая к себе максимальное количество внимания, можно было быть уверенной – началась очередная «игра». Характерным признаком «игры», в отличие от настоящего страха, было, помимо многословия и «громкости», своего рода «обвинения» в адрес источника страха – «этот гром гремит прямо у меня над головой», «эта машина хотела меня задавить», «эти шишки падают нарочно на голову»…


Read more... )

tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь

Предыдущая ч.19 здесь

Шел июнь, мы были дома – девочки наверху, в своей комнате, а я внизу. Сверху раздался крик – громкий и протяжный. Я бы даже сказала – истошный, но не было в нем, в этом крике, при всей его полнозвучности,  тех нот страха или отчаяния, которые по-настоящему пугают. По голосу я не могла различить, кто из девочек кричал, хотя готова была предположить, что Старшая – уж очень непривычными были интонации.

Я вспомнила те времена, когда мои дети были совсем маленькими. Каждый раз, когда оставленное на минутку без присмотра чадо издавало вопль, или визг, или вой, материнское ухо каким-то удивительным образом мгновенно различало, действительно ли случилось что-то, что требует безотлагательной реакции, или чадо просто оповещает мир о своем категорическом несогласии с происходящим.

На этот раз материнский слух подсказывал, что настоящей опасности нет, и я принялась неторопливо подниматься по лестнице. Впрочем, тревога меня не отпускала – все же, ребеночек-то «новенький», и не такими уж крепкими узами я связана со своей недавно появившейся дочкой…. Вдруг мои материнские инстинкты меня подводят? Вдруг там, наверху, что-то случилось? Я ускорила шаг… Впрочем, если бы что-то на самом деле случилось, за первым криком последовал бы еще один… просто позвали бы…


Read more... )
tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь

Предыдущая ч.18 здесь

Впереди было три летних месяца, и я знала, что эти месяцы будут нелегкими. Мне предстояло «подготовить ребенка к школе». Хотя вернее было бы сказать так  – подготовить ее к «выходу» в обычную, повседневную жизнь, в которой она будет обычной  девочкой, «как все».

Дело ведь было не в двойках-тройках. Да, у нее был очень низкий, «ниже плинтуса», уровень знаний, пробелы, провалы, пустоты… Но знания – вещь наживная, сегодня не знаешь, завтра взял да выучил. Дело было в ее общем отношении к жизни, к той же школе, к людям, к своему «месту» среди людей… - все это было у моей девочки в глубоком «минусе».

Она с трудом вписывалась в обычные житейские реалии, не всегда понимала, что происходит вокруг нее. Она испытывала давний, застарелый страх перед школой. Учителя, судя по всему, представлялись ей «великими и ужасными» фигурами, от которых нужно держаться подальше, но «приказов» которых невозможно ослушаться. Она как будто «не видела» других людей, привыкла их игнорировать; и никогда не задумывалась,  что чувствуют и о чем думают те, кто рядом с ней. Она привыкла «забиваться в угол», и в прямом, и в переносном смысле этого слова, и ни при каких обстоятельствах не считала, что от нее зависит хоть что-то в этой жизни…


Read more... )
tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь

Предыдущая ч.17 здесь

В зеркало она не смотрится. Одевается, не глядя в зеркало. Если в одежде что-то не так, и я ей об этом говорю, начинает себя ощупывать.

       - Да ты в зеркало глянь!

       - Зачем?

       - Увидишь, если что-то не так.


Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая ч.16 здесь

Вопрос с «бальным платьем» оставался открытым. Дело в том, что платье было.  Оно висело в шкафу в папиной квартире, ярко-оранжевое, в пол, с огромной розой, пришитой на край декольте. Папа показал мне его в тот день, когда мы оформляли документы в опеке. «Мы купили его с женой, - сказал он, и всхлипнул, - специально для этого случая. Для выпускного бала». Я испытывала смешанные чувства. Конечно, мне было жалко папу, несмотря на все глупости и несуразности, которые он совершал. Я сопереживала ему искренне и от души, ведь потерять жену, с которой прожил много лет – это очень тяжело. Но и раздражение во мне поднималось все  сильнее, все чаще чудилась какая-то фальшивая нота в его словах, интонациях. Вот и в тот день… Впрочем, эти мысли я старалась отогнать – не мне судить, какими словами, и в какой тональности человек  горюет…


Read more... )

tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая ч.15 здесь

Приближался конец мая. Через несколько дней нужно было ехать в  бывшую школу моей новенькой детки – на выпускной утренник. Собственно, сам по себе утренник был не настолько привлекательным мероприятием, чтобы ехать радии него в стотридцатикилометровую даль… Нужно было  получить свидетельство об окончании начальной школы.  Ну и самое главное – забрать у директора документы ребенка.

Чтобы забрать документы в старой школе, нужно принести справку из новой школы – таков порядок. Пора было идти записывать мою детку в новую школу, в пятый класс. Время шло, а я все откладывала и откладывала это немудреное дело со дня на день. Каждый день находила какие-то причины и отговорки, почему мне не нужно идти и записывать ребенка в школу прямо сейчас. Казалось бы, ну что тут такого – зайти в секретариат, назвать фамилию,  получить на руки маленькую аккуратненькую справочку…


Read more... )

tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь

Предыдущая ч.14 здесь

Она путается в родственных связях, в названиях родственных отношений. Знает, что бывают папа и мама, дяди и тети. Знает, кто такая бабушка. На вопрос, кто такой дедушка, кивает – мол, знаю, слыхала - но объяснить, кто это, не может. Если речь заходит о семье – о любой семье, она начинает перечислять своих «тетей». Тети - из бывшей приемной семьи. «У меня есть тетя Катя, - старательно выговаривает моя детка, - тетя Аня, тетя Маша…» Делает паузу, морщит лоб. Еще должна быть одна тетя, но она не помнит, как ее зовут. Наверное, с этой «забытой» тетей общались меньше, вот она и не помнит имени.
 
Read more... )

tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь

Предыдущая ч.13 здесь

Мы продолжаем наши занятия школьными предметами. Ничего-то она не знает, ничего не помнит. Такое впечатление, как будто четырех лет учебы в начальной школе просто не было. Ну, не то чтобы совсем не было… Кое-что она знает.  Например, что существует таблица умножения. Она даже местами ее помнит.  Говорит мне: «Я учила!» - и голос ее звучит возмущенно-обиженно. Обиженно – потому что я и не думаю хвалить ее «за усердие»,  за то, что когда-то где-то было ею делано… и не сделано. «Понимаешь, детка, если ты ее учила, так ты бы ее сейчас знала», - твержу я снова и снова, пытаясь установить причинно-следственную связь между действием и результатом. Увы, связь не возникает.

У моей девочки слова «учить» и «знать» пока что никак между собой не связаны… «Учить» - это значит долго сидеть над раскрытым учебником, уронив голову на разъезжающиеся локти и глядя вниз, на страницу… водить глазами по строчкам, бормоча себе под нос… вытирать набегающие слезы… Потом вставать и, сгорбившись, заплетающейся походкой подойти ко «взрослому»… и молча стоять рядом, теребя в руках учебник и дожидаясь, пока на нее не обратят внимание…

       - Ну что, как дела? 
     
       - Я учиииила….

Ладно, с «учить» - все понятно. А вот что у нас со «знать»? Она никогда не говорит – «я это знаю». Она говорит – «я слыхала». Если она точно знает, что такое знание существует, она говорит – «да, в школе это проходили». Еще есть вариант – «да, что-то такое про это было». На вопрос, что лично она запомнила из пройденного, моя детка обычно отвечает, что не запомнила ничего, но на уроке это точно было. «Точно!» - подтверждает она, и рубит рукой воздух. «Знания» - это где-то «там», у учителей, в учебниках… К ней это не имеет никакого отношения… Ну, по крайней мере, сама она не видит во всем этом «учении» никакого смысла…

       - Скажи, а откуда взялась таблица умножения? Зачем она вообще нужна?

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь

Предыдущая ч.12 здесь

Изо всех сил я стараюсь, чтобы наша семейная жизнь продолжала идти своим чередом. Это трудно – все мои силы уходят на нового ребенка, на то, чтобы хоть как-то приспособиться к тому, что дома у нас теперь все по-другому. Ну что ж, по другому, так по другому, жить-то надо… Я записываю ребенка в фитнес клуб, в который мы ходим всей семьей уже года два.

       - Пойдем сегодня на фитнес.

Молчит. Она всегда молчит, когда получает новую информацию. Она ни чуточки, ни капельки не показывает, что услышала что-то для себя новое. Может, не слышит? Или не понимает? Или это просто многолетняя привычка – не реагировать, затаиться, сделать вид, что ничего не происходит…  Как маленький лесной зверек, для которого любой незнакомый шорох таит угрозу…

        - Слышишь, зайка, на фитнес пойдем.

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)
Начало здесь Предыдущая  Часть 11 здесь

В тот первый месяц нашей совместной жизни ощущение «чужеродности» нового члена семьи нарастало все сильнее. Не то что бы я «медленно привыкала» к новой дочке, или «начинала любить ее постепенно». Нет, ничего такого не было и в помине. Я не только не привыкала, но с каждым днем мне становилось все хуже и хуже, а моя новенькая деточка раздражала меня все больше и больше.

Утром я просыпалась с тяжелым сердцем и больной головой, с ощущением, что я не выспалась, и вот опять начался новый день, и мне надо встать и идти, служить свою службу. И «служба» эта изматывала меня все больше и больше…

Мои чувства к ребенку в тот период были сотканы из постоянно, почти ежеминутно подавляемого раздражения, щемящей жалости и захлестывающей вины. Чувство вины я испытывала все время, оно было неизбежным и беспощадным. «Я не просто плохая мать, - говорила я себе, - я отвратительный, гнусный человек. Я взялась воспитывать ребенка, к которому не испытываю никакого тепла, ни малейшей нежности, во мне нет ни радости, ни материнской гордости. А ведь у этого несчастного ребенка нет никого, кроме меня. Какая же у нее жестокая судьба – ее никто, ни один человек на свете не любит. И я не люблю, я только пытаюсь делать вид. Да и то – не очень старательно».

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало

Предыдущая ч. 10 здесь

«Мама, - говорит мне Младшая, и я вижу, что у нее на глазах слезы, - мама, я так по тебе соскучилась!» Я прижимаю ее к себе, она утыкается лицом мне в живот, и ее плечи вздрагивают. Я глажу ее по волосам, по плечам, и она уже по-настоящему плачет, горько-горько. «Мама, - говорит она, подняв лицо, - я так хочу, чтобы мы с тобой опять были вместе, только ты и я!»  Бедная моя девочка. Конечно, мы с ней не расстаемся, мы все время вместе. Только теперь мы вместе не вдвоем, а втроем. Она, я и Старшенькая.

Мы стоим посреди комнаты, обнявшись, и мне тоже хочется плакать. Да, теперь все по-другому. Я не знаю, что сказать Младшей – моей детке, моей родной кровиночке, моей сладкой конфете, которая прижимается ко мне своим худеньким тельцем, и я испытываю счастье от того, что чувствую ее рядом. Я тоже по ней соскучилась. По нашей душевной близости, по нашей возне и играм «на двоих», по серьезным разговорам, которые сами собой складываются, когда два человека испытывают взаимопонимание, и доверяют друг другу. Я не знаю, что ей сказать. Теперь мы почти не бываем с ней вдвоем. Вернее – совсем не бываем.

 

Read more... )

 

tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая Часть 9


Мы едем в машине с детьми, и я говорю, что сейчас мы заедем домой, я их там оставлю, а сама отправлюсь по делам. «По каким делам?» - тут же реагирует Младшая, ей интересно, ей любопытно, она хочет знать, где мама бывает и чем там занимается. Старшая молчит. Может быть, ей тоже интересно… я не знаю… Я объясняю, что мне нужно поехать в отдел социальной защиты, а потом в пенсионный фонд, чтобы оформить документы. «Зачем?» - спрашивает Младшая. Я объясняю, что документы нужно оформлять, потому что я теперь опекун Старшей, и я отвечаю за то, чтобы все ее бумаги были в порядке. «Я теперь опекун, законный представитель». Старшая молчит, смотрит в окно. Я поглядываю на нее в зеркало заднего вида. Нет никаких признаков, что ее интересует наш разговор.

Младшая продолжает задавать мне вопросы, и я объясняю, что «законный представитель» - это человек, который берет на себя ответственность за кого-то другого, например, за ребенка. Вот мама, например, законный представитель. И опекун – законный представитель. «И папа – тоже?» - уточняет Младшая. «Папа – тоже». «То есть, ты теперь будешь для нее как мама?» «Да, как мама, - говорю я, - опекун – это как мама». Старшая поворачивает голову. Она молчит некоторое время, потом спрашивает: «А как же папа?»

Понятно, что говорит она не о «нашем» папе, а о том, «своем», бывшем приемном, который был для нее папой на протяжении шести лет. Действительно, а как же папа? Он ведь так и не поговорил с ней, просто привез к нам, и оставил, и уехал в командировку. Он не сказал ей – «теперь ты будешь жить здесь», он не сказал … А впрочем, что он мог ей сказать -  «давай останемся друзьями»? … И вот теперь она сидит на заднем сиденье машины, и спрашивает – «а как же папа?» Пропади оно все пропадом…

 

Read more... )

 

tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая часть 8  здесь

Вариант со спортивной школой отпадал. «Что же делать, как же быть? - думала я, - если  вдруг окажется, что моя детка обычную среднюю школу не «потянет»?»  Вот пойдет она в пятый класс, и станет  учиться  плохо-плохо, хуже всех. Учителя возмутятся, и педсовет во главе с директором призовет меня к ответу – «почто, мамаша, записала в нашу хорошую школу свое дитя неразумное», и велят мне удалиться… Пугая себя воображаемыми кошмарами, я методично перебирала все альтернативные возможности получения ребенком полноценного среднего образования.

Вариант с семейным образованием я отвергла. Вернее, оставила на самый крайний случай. Оно, конечно, хорошо – ребенок дома, спокойно проходит школьную программу. Кое-кто из моих знакомых практикует семейное образование, и весьма доволен. Но ведь ребенок не сам будет учебники листать,  с ним кто-то должен заниматься  – обсуждать пройденное, объяснять непонятное, вдохновлять, да и контроль не помешает… А я, гм, по складу характера не гожусь на эту роль…  Так, временно, напрячься и «поиграть в учительницу», это я еще могу. Но вот ковыряться в учебниках весь учебный год – ужас, ужас, ужас! Не хочу, не буду… Можно, конечно, пригласить платных преподавателей… Но это, наверное, приличных денег будет стоить!  Будучи хозяйкой рачительной и экономной, я хотела избежать ненужных расходов…

К тому же, у моей девочки уже был опыт «домашнего обучения», когда она училась в третьем классе.  Всеми правдами и неправдами ее бывший приемный папа добился, помнится, для ребенка этого "особого статуса" – возможности не ходить в школу, а получать знания прямо дома, на кухне, под свист закипающего чайника и урчание холодильника.  Учительница приходила из местной школы, было это для нее дополнительной нагрузкой, в связи  с чем она то болела, то просто «не могла».  Пропущенных уроков никто не спрашивал, и девочка моя за тот год привыкла, что учиться можно кое-как, "с печки на лавку". «Халява» длилась год, после чего правила  изменились, и для оформления домашнего обучения потребовался настоящий диагноз. То есть – либо оформляй ребенку «восьмой вид» и коррекцию, либо пусть ходит в школу, как все люди. В четвертый класс моя девочка пошла, «как все люди», но, судя по всему, осталась в убеждении, что ей полагается «особое отношение».  Последствия «домашнего обучения» въелись в нее крепко.

       - Мне нужно, чтобы со мной сидели, - пробурчала она мне как-то в мае, сидя за столом и склонив голову над очередным заданием не то по математике, не то по чтению.

 

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая часть 7  здесь

Время шло, май подходил к концу, приближался выпускной в четвертом классе моей девочки. Сам по себе выпускной волновал меня мало – ну, съездим за сто верст, посидим часик в классе, послушаем хоровое пение, получим свидетельство об окончании начальной школы, и вернемся восвояси. Но для того, чтобы не возвращаться туда еще раз, нужно будет забрать школьные документы. А чтобы забрать школьные документы, нужно привезти бумажку о том, что ребенок зачислен в другую школу. Значит, нужно было идти и зачислять ее в школу.

Вопрос со школой был не так прост. Еще два месяца назад, когда и опека, и бывший приемный папа толковали мне о том, что «ребенок учиться не может», я не исключала, что вопрос со школой придется решать как-то нестандартно. В коррекционную школу я ребенка не хотела отдавать ни при каких обстоятельствах. Вот  не хотела, и все. А потянет ли она обычную школу? Сможет ли заниматься той же физикой? Ее годовые оценки за прошлые годы не поднимались выше троек по основным предметам. Поэтому я упорно искала  альтернативные варианты, вдруг с обычной школой действительно не сложится…

Мне пришла в голову мысль, которая поначалу показалась отличным решением всех проблем. Спортивная школа! Девочка моя довольно часто заговаривала о том, что она хорошо бегает, и называла физкультуру своим любимым предметом. «Я с восьмиклассниками бегала, - говорила она, - и первая прибежала! И мне все кричали – давай, давай!»  Неужели она действительно может обогнать восьмиклассника? «Пусть идет себе спортом занимается, - думала я, - большого ума для этого не надо, и если она будет ставить рекорды, так и к математике с литературой особых претензий не будет…»  Я навела справки, и обнаружила спортивную школу неподалеку от нас. Вот и чудненько, вот и славненько, пусть ходит туда, и бегает, или прыгает, или диск пусть метает… Сила есть – ума не надо, даже в таких оплотах науки, как Оксфорды-Кембриджи, не говоря уж о Гарвардах-Йелях, к спортсменам всегда относились с понятным снисхождением…

       - Говоришь, бегать любишь? – спросила я ее как-то.

       - Очень люблю! Я прям вот бегать могу… все время могу бегать!

 

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая часть 6 здесь

Cталкиваясь с такими трудностями в учебе, мне больше всего хотелось эту самую учебу бросить. Ну, не совсем бросить, конечно, а так… отложить немножечко. Ну что уж я, в самом-то деле! Трудно ребенку, надо дать ей возможность успокоиться, попривыкнуть, заняться чем-то более простым и понятным. Ставить перед ней посильные, нетрудные задачи, постепенно двигаться от простого к сложному… А мы тут – с математикой! Да эту математику половина благополучных детей не понимает, а что говорить о ребенке, который столько пережил! Пожалеть ее надо, по голове гладить, поплакать вместе с ней...

Конечно, как всякому разумному родителю, мне не хотелось ребенка излишне перегружать. А хотелось, наоборот, поддерживать свою девочку, потихоньку помогать ей справляться с тем, что получается плохо, и всемерно хвалить  за то, что получается хорошо… Это были прекрасные намерения, разумные и позитивные. Беда была только в том, что нам никак не удавалось отделить простое от сложного, понятное от непонятного, легкое от тяжелого… Сложным, непонятным и, следовательно, тяжелым было буквально все.

 

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь

Предыдущая часть 5 здесь

«Половину поля площадью 4 га засеяли пшеницей. Собрали по 8 центнеров зерна с гектара. Сколько собрали пшеницы?»

Про то, что она «не может решать задачи», она сказала сразу. Так и сказала – «не могу». На вопрос: «А почему не можешь?», она, запинаясь, объяснила, что задачи она решать не может, потому что не знает ответов. Сказать по правде, я сначала не могла взять в толк, а что она, собственно, имеет в виду. Никто не знает ответов заранее. Для того и задача, чтобы ее решать. Пообщавшись с моей девочкой на эту тему, и с трудом  вытянув из нее несколько невнятных реплик, я поняла, что для нее слово «решать» не имеет никакого смысла.

Сначала тебе дают непонятный текст. В нем перемешаны неизвестные слова с разными цифрами. Если выстроить цифры в правильном порядке, то тебя похвалят. Если не выстроить, то будут ругать. Значит, надо пробовать и переставлять цифры снова и снова, пока не получится то, что хотят взрослые.

 

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало истории здесь
Предыдущая часть 4  здесь

Началась наша новая трудовая жизнь. С утра Младшая отправлялась в школу, а мы со Старшей садились за уроки.  Английский язык я решила пока что не трогать. Я хорошо помнила, как в ответ на вопрос: «А зачем вообще нужно учить английский?»  моя девочка, не задумываясь, сказала: «Потому что учителя тупые». За английский браться было явно рано. Предмет под названием «Окружающий мир» тоже был пока что отложен до лучших времен.  На первый план вышли русский язык, чтение и математика.

 

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало здесь
Предыдущая часть 3 здесь

В опеке нас встретили радостно. «Я уже в Министерство позвонила, - сказала мне сотрудница, которая занималась нашими делами, - сейчас я вам все расскажу». Из рассказа следовало, что все устраивается самым лучшим образом. Поскольку, как сказали в министерстве, последняя четверть в школе посвящена в основном повторению, то ребенку можно, в порядке исключения, выставить текущие оценки как четвертные. Ну и, соответственно, поставить годовые оценки без экзаменов. «Вам нужно будет только приехать на выпускной утренник, ну и получить все документы об окончании начальной школы», - сияя, сказала мне сотрудница. «А директору школы из министерства уже позвонили, - добавила она, - так что поезжайте смело, вас там ждут».

На этот раз наша встреча с директором школы проходила на самом высоком уровне. Руководительница этого славного очага культуры встретила меня уже на лестнице, и ласковым голосом пригласила пройти в ее кабинет.  Вспоминая детали нашей прошлой встречи, я  примостилась было на краешке стула в уголочке. Однако на этот раз все было по-другому. Теперь я была не просто просительница, неизвестно откуда взявшаяся дальняя родственница одной из школьниц. Теперь я была – «Та, что пришла по звонку  из Министерства». Это существенно меняло дело.

«Да что же вы тут сидите! – воскликнула директор, - проходите, садитесь поудобнее! Хотите, вот в мое кресло сядьте». Воистину, звонок из министерства творил чудеса. От любезного предложения занять  директорское кресло я вежливо отказалась. «Вот вам бумажечка, - суетилась директор, - вот вам ручечка. Вы ведь напишете заявление?»

 

Read more... )
tatiana_gubina: (Default)

Начало

Предыдущая часть 2 здесь

В первый же день после праздников нужно было ехать в тот маленький подмосковный городок, где раньше жила моя девочка, и улаживать дела со школой. Дела были такие. В старую школу она, понятное дело, ходить больше не могла, в связи с переменой места жительства. В новую школу записывать ребенка  в середине мая не имело никакого смысла. Значит, нужно было договориться, чтобы она этот месяц поучилась дома. Ну а потом, в конце мая, я уже могла бы привезти ее на экзамены.

Сказать по правде, мысль об экзаменах меня пугала. Девочка моя  весь последний год с двойки на тройку перебивалась, и «выезжала» в школе, судя по всему, по большей части за счет доброты учителей, сочувствующих «трудной жизненной ситуации» ребенка. Тем не менее, деваться было некуда. И мне предстояло весь оставшийся месяц заниматься с моей четвероклассницей математикой, чтением и прочими науками . Готовить ее к экзаменам. «Не справлюсь, - думала я, - не подготовлю. Я же не умею! Я никогда не занималась со своими детьми – они у меня всегда все сами делали…»

 

Read more... )

 

tatiana_gubina: (Виндзор)

Начало

Усталость накапливалась стремительно. Как много, оказывается, в повседневной жизни моментов, которые мы воспринимаем как что-то само собой разумеющееся, но которые ставят в тупик ребенка, привыкшего к другому укладу жизни!

Эти «моменты» случались на каждом шагу. «Поешь», - привыкла я говорить своим детям, и они отлично знают, что стоит за словом «поешь». Достань еду из холодильника, отложи, сколько тебе надо, разогрей. Потом положи на тарелку, возьми хлеб, масло, накрой на стол – салфетки, ножи-вилки… Эти чисто технические моменты просты и очевидны для тех, кто к ним привык. А вот «новенькой» ребенке я не могла сказать просто – «поешь»… Она не знает, что нужно взять из холодильника, она не знает, где какие тарелки, где лежат вилки…

 

Read more... )

March 2014

S M T W T F S
      1
2345 67 8
910111213 1415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 10:54 am
Powered by Dreamwidth Studios